Интервью с протоиереем Валерием Бодровым (газета Мирянин, июль 2026 г.)
Легко ли быть священником? Служить Богу, помогать людям, указывать им правильный путь, при этом не забывать о себе и своих близких, понимать, что ты всегда на виду и к тебе люди относятся с особыми вниманием и требованиями? Является ли такая жизнь сладкой, как мёд? Если «да», то почему редкий человек выбирает путь священства?
Мало кто знает правду о жизни священника. Попытаемся узнать о ней у 77-летнего клирика Богородицерождественского храма села Тарычёво протоиерея Валерия Бодрова, который 23 июня 2026 года отметил 35 лет со дня принятия священнического сана.
— Отец Валерий, расскажите, в какой семье Вы росли, каким было Ваше детство?
— Мой отец Николай Иванович во время Великой Отечественной войны служил в охране Кремля, после войны уехал к себе на родину в Люберцы, где работал следователем, дослужился до начальника уголовного розыска. Несмотря на «строгую» должность, был очень добрым человеком, умел ладить с людьми. Мама Лидия Афанасьевна, коренная москвичка, работала машинисткой на заводе «Москабель». Их судьбы пересеклись благодаря сослуживцу отца по Кремлю в 1943-1945 годах. Он их познакомил.
Родители не были воцерковлёнными людьми. Более того, мамин дед Афанасий Обухов недолго был вторым секретарем Дальневосточного крайкома ВКП(б). Но говорить, что моя семья была неверующей, не могу. Чётко помню эпизод из детства. Мы с мамой идём по деревне Пятикресты в Воскресенском районе (сейчас это микрорайон города «Пять крестов»), вдоль речки Семиславки, а там неподалеку стояла деревянная церковь во имя святителя Николая Чудотворца. Мама мне сказала: «Постой здесь, никуда не ходи дальше». А сама пошла в церковь. Позже я понял, что маму могли наказать за вовлечение ребёнка в Церковь. Вот она меня оставила на короткое время, а сама, наверное, пошла помолиться, свечку зажечь.
Я рос любознательным, любил природу, интересовался историей Древней Руси. Рано стал искать ответы на вопросы о человеческой жизни, о Боге.
— Отец Валерий, где и чему Вы учились?
— Учился в Люберецкой школе № 4, потом в Московском областном народном университете, где изучал вопросы атеистического характера и получил диплом лектора. Поскольку в то время о Боге, православии узнать негде было, как только в церкви, я радовался любой возможности узнать о Нём даже, как говорится, сквозь призму атеизма. Меня в то время сильно увлекли вопросы философии, и было принято решение поступать на философский факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. Четыре года я штурмовал этот лучший вуз страны и всё-таки добился своего. Заведующим кафедрой истории и теории атеизма и религии на нашем факультете работал доктор философских наук Михаил Петрович Новиков, в 90-х годах ставший профессором. Он автор таких работ, как «Православие и современность», «Критический анализ богословия XX века», «Русская Православная Церковь» и других. Михаил Петрович во многом способствовал моему развитию, поддержал мое стремление заняться творчеством философов конца XIX – начала XX века Сергея Булгакова и Николая Бердяева, они оба искали ответы на фундаментальные вопросы о человеке, его месте в мире, отношении к Богу. Подобные вопросы меня сильно волновали в то время. От этих философов я получил ключевые антропологические и теологические понятия – образ Божий, богочеловечность, Троица. С Михаилом Петровичем можно было поговорить на интересующие тебя темы не только во время занятий, но и прогуливаясь по коридору, чтобы никто не слышал и не донёс о вольномыслии. На четвёртом курсе я на «отлично» защитил курсовую работу «Фальсификация Бердяевым сущности соцреволюции в философии марксизма», успешно сдал зачёты на курсах «Социология религии», «Современный протестантизм», «Критика современной буржуазной социологии», специальных семинарах «Русская Православная Церковь: проблемы атеистического воспитания». Защитил диплом в 1979 году по теме «Эволюция “нового религиозного сознания”» — это целое философское течение, возникшее в начале XX века в среде русской либеральной интеллигенции. Его участники стремились к обновлению христианства, критиковали «историческое» христианство, называли Церковь «мёртвой», обвиняли в аскетизме. Среди ключевых представителей этого течения были Дмитрий Мережковский, Зинаида Гиппиус, Николай Бердяев, Василий Розанов, Сергей Булгаков и другие.
— Судя даже по названию семинаров, курсов и дипломной работы, учиться на философском факультете было непросто…
— Так и было. Чего стоило только изучение логики – формальной и математической. Первая, с уклоном на мышление, мне нравилась и давалась просто. А вот вторая – математическая – требовала изучения идей формальной логики с использованием математических методов, для меня это был тяжёлый предмет. Но преподаватели шли мне навстречу, так как я был старостой курса, и мне удавалось даже сдавать математическую логику на «5». Рядом со мной за студенческими партами сидели ребята моложе меня, им легче давалась учёба, а я ведь уже прошёл армию.
— Когда Вас призвали в армию? В каких войсках Вы служили?
— Призвали в положенный срок, служил в Щёлкове в топографических войсках, получил специальность военного геодезиста 2-го класса. Службу закончил в звании старшего сержанта. По окончании МГУ им. М.В. Ломоносова мне дали офицерское звание лейтенанта, а после военных сборов — и старшего лейтенанта.
— Возвращаясь к учёбе, расскажите, как Вы поступили в аспирантуру, где учились дальше?
— В 1979 году я закончил МГУ им. М. В. Ломоносова, а через год поступил там же в аспирантуру, через три года защитился, стал кандидатом философских наук.
К слову, когда учился в аспирантуре, стал ездить в Елоховский храм в Москве, видел там наших профессоров, они пугались, когда замечали меня – вдруг донесу? А я уже ничего и никого не боялся.
Важным периодом в своей жизни считаю годы преподавания на кафедре марксизма-ленинизма в Московской государственной академии ветеринарной медицины и биотехнологии им. К.И. Скрябина, куда меня направили после аспирантуры. Здесь я работал 9 лет, начиная с ассистента и заканчивая доцентом.
Будучи уже настоятелем Казанского храма в селе Молоково, в 2005 году решил продолжить образование в Свято-Тихоновском гуманитарном университете, освоил образовательную программу эксперта в области теологии, получил как дополнительную к основной высшей квалификацию философа, преподавателя философии.
— Учась в университете, Вы уже ходили в церковь, у Вас был наставник?
— Ещё на 4-м курсе университета понял, что есть что-то более глубокое, чем философия. Стал ездить в Троице-Сергиеву лавру, впервые причастился. Могу уверенно говорить о том, что меня воспитала Троице-Сергиева лавра, особенно важную роль в моей судьбе сыграл в те годы иеромонах, насельник Лавры Алексий Поликарпов, ныне — архиерей Русской Православной Церкви, епископ Солнечногорский, викарий Патриарха Московского и всея Руси, наместник Свято-Данилова монастыря. Когда я рассказал ему о своих планах, связанных с Церковью и священством, он посоветовал приезжать только к нему. Давал советы, наставления, богословскую литературу, то есть всячески окормлял меня. До сих пор он является моим духовным отцом.
— Когда Вы стали священником?
— Это главное событие в моей жизни произошло, когда мне было 42 года. За плечами был опыт мирской работы: довелось трудиться в Институте обогащения твёрдого топлива – до армии и после нее, фрезеровщиком на Люберецком машиностроительном заводе, от этого предприятия получил квартиру в Люберцах, что было очень важно, так как я уже был женат. Духовный отец, зная о моём желании стать священником, благословил пойти в Ухтомский храм Святой Троицы к отцу Александру Ганабе, который позже был назначен настоятелем Троицкого собора в Подольске, благочинным церквей Подольского округа. Многие годы отец Александр нёс многотрудное, ответственное послушание секретаря Московского епархиального управления. Когда я приехал к нему, он сказал, что у нас с матушкой должно быть единство, без её поддержки я не вытяну. Жена смиренно приняла мой выбор стать священником, и мама тоже поддержала это решение.
В сан иерея меня рукополагал архиепископ Можайский Григорий в Новодевичьем монастыре в Москве 23 июня 1991 года. Трудно передать чувства, которые я испытывал во время хиротонии….
— Вы стали первым настоятелем Казанского храма села Молоково после возвращения его Русской Православной Церкви. В течение 18 лет Вы возрождали его. Как это было?
— Храм был полуразрушенный. В нём в советское время зерно хранили. Восстановление храма начал с алтаря, чтобы можно было проводить службы. В храме надо было заменять окна, устанавливать отопление, проводить освещение. Роспись требовала реставрации, хор надо было учить молитвам и песнопениям. Постепенно, с помощью Божией, справлялись с трудностями. Всё село участвовало в восстановлении храма. Мы жили как первые христиане, которые во всем поддерживали друг друга. Первое время нам жертвовали свечи. Жена сшила мне облачение своими руками. Почти каждую неделю ездил в Троице-Сергиеву лавру то за Чашей, то за кадилом – своего на первых порах ничего не было. Трудности не пугали, потому что видел поддержку прихода.
— Вы уже не раз во время нашего интервью вспоминаете свою жену Наталью Михайловну. Как давно вы вместе?
— Вместе уже 52 года. Познакомились в Институте обогащения твёрдого топлива. Мы оба там работали, а Наталья ещё и училась на вечернем отделении в строительном институте в Люберцах. Проверяли чувства два года, потом поженились, а через два года нас венчал настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в селе Акулово Одинцовского района протоиерей Валериан Кречетов. Впоследствии – духовник Московской областной, Одинцовской епархий, духовный писатель, почётный настоятель храма Пресвятой Богородицы в с. Акулово. За несколько дней до смерти он принял Великую схиму с именем архистратига Божиего Михаила.
Моя матушка Наталья – во всём мне помощница, хорошая хозяйка. Мы всегда жили небогато, и она обшивала всю нашу семью. Трудилась научным сотрудником в институте, в сложные 90-е ей предложили место бухгалтера в созданное в те годы Дворянское собрание. Позже работала бухгалтером на Молоковской картонажно-полиграфической фабрике.
Наша семья – это двое детей (из жизни уже ушла в 51 год дочь Ирина), трое внуков, двое правнуков.
— Дайте совет молодёжи: как найти свою вторую половинку, чтобы не ошибиться?
— Первое, на что надо обратить внимание, – из какой она или он семьи, кто их родители. Узнайте корни выбранного вами человека, поинтересуйтесь, верующий ли он – в семье должно быть единство во всём, прежде всего в вере.
— Отец Валерий, Вы продолжаете служить? Трудно ли быть священником?
— В мои годы и с моим слабым здоровьем (у меня вторая группа инвалидности, проблемы с глазами, ногами, поджелудочной железой) сегодня служить трудно. Но я стараюсь делать это. Ещё в прошлом году сам ездил в Богородицерождественский храм в Тарычёво на машине, сам за рулём. Но уже тогда посещали мысли: «Наверное, служу в последний раз». Настолько было нелегко. Меня бережёт, поддерживает Господь и настоятель храма отец Вячеслав Корниенко, спасибо ему за это. Когда чувствую себя получше, приезжаю на службу.
Священником быть настолько трудно, что, можно сказать, почти невозможно. На мой взгляд, настоящим священником был святой праведный Иоанн Кронштадтский, в наше время – протоиерей Владимир Ганин – почётный настоятель храма Успения Пресвятой Богородицы села Жилино Люберецкого района. В Учении Иоанна Златоуста о пастырском служении сказано, что оно так высоко, что его невозможно ставить в параллель с чем-нибудь, происходящим на земле, оно относится к учреждениям небесного порядка. И по своему предмету и назначению, и по власти священство «превосходит все другие человеческие достоинства». Священники в своей деятельности являются непосредственными продолжателями дела Иисуса Христа, Его служения на спасение рода человеческого. Как Божественный Пастыреначальник однажды навсегда совершил спасение всего рода человеческого, так Его преемники – пастыри – имеют задачей приводить ко спасению души отдельных людей, вверенных их попечению.
— Вы до рукоположения и после него – один и тот же человек? Что Бог изменил в Вашей жизни?
— Конечно, изменилось многое. Человек обязан жить в развитии, в стремлении к Богу до конца своих дней. Если нет развития, а есть стагнация, остановка, значит, человек в аду. Даже в раю должно быть развитие. Жизнь вечная означает вечное развитие. К этому надо стремиться. Чуть остановился — сразу скатываешься вниз. Не могу сказать, что сильно изменился во всём, но вижу, над чем надо работать, что надо преодолевать.
— У Вас много церковных наград – набедренник, камилавка, наперсный крест, сан протоиерея, палица, крест с украшениями, благодарственная грамота митрополита, право служения Божественной литургии с отверстыми царскими вратами по «Иже херувимы…», медаль ордена прп. Сергия Радонежского. Как Вы относитесь к наградам?
— Я всю свою жизнь отдаю служению Богу. Рад, что мой труд оценён.
— Чем Вы занимаетесь на досуге?
– У меня огромная библиотека, всю жизнь книги собирал, не жалел на них деньги. Люблю историческую литературу. Сейчас читаю труды древнееврейского историка и военачальника Иосифа Флавия. До нас дошли его сочинения «Иудейская война» (о восстании 66—71 годов) и «Иудейские древности» (где изложена история евреев от сотворения мира до Иудейской войны). Его труды являются основным источником истории евреев, начиная с эпохи Маккавеев до завоевания Иерусалима римлянами.
В свободное время смотрю передачи телеканалов «Спас» и «Союз», прямые трансляции богослужений.
— Вижу кошку в вашем доме. Сейчас многие держат дома собак и кошек, других животных, отдают им свою любовь и заботу. Привязанность к животным – это грех?
— Да, у нас живут Муська и Багира, и мы заботимся о них, жалеем. Любовь – слишком высокое и однозначное слово в русском языке, его не стоит применять по отношению к животным. В других языках это слово имеет разные значения, конкретно определяя дружбу, жалость, привязанность и т. д. Мы в ответственности за тех, кого приручили, и это так и есть. Мы не должны грубо обходиться с животными. Помните, у Сергея Есенина в его стихотворении «Мы теперь уходим понемногу…»:
И зверьё, как братьев наших меньших,
никогда не бил по голове.
Но привязываться ни к кому и ни к чему человек не должен. Нельзя очеловечивать животных.
— Почему так важно любить своих ближних? Как научиться этому? С дальними всё проще – они обычно ничего не требуют, а к ближним надо повернуть всю душу.
— Процитирую слова святителя Иоанна Златоуста. Толкуя послание апостола Павла к римлянам, в частности, строки: «Матерь всех благ и совершительница всякой добродетели — любовь. Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви (Рим. 13, 8)», святитель говорит: «Ты обязан любить брата по духовному с ним родству, и не по одному родству, но потому ещё, что мы члены друг для друга. Если нет в нас любви, то весь состав тела расторгнут. Итак, люби брата. Ибо если, любя его, приобретаешь пользу, потому что исполняешь чрез то весь закон, то ты обязан любить его, как облагодетельствованный им. Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужого и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя…. Любовь не только преподает нам сокращённое учение о том, что должно делать, но и облегчает исполнение нравственных законов. Итак, будем любить друг друга, чтобы таким образом изъявить любовь к любящему нас Богу».
Как достичь всего этого? Терпением и смирением.
— Отец Валерий, а как Вы относитесь к атеистам?
— Я, наверное, и не видел настоящих атеистов. Кто таковым выглядел на первый взгляд, потом оказывался верующим человеком. Вот у нас философский факультет МГУ, на котором, казалось бы, должны были воспитываться атеисты, был «кузницей» верующих людей. Наш факультет и аспирантуру закончил Герой России, кавалер ордена Славы и чести 1 степени (награды вручены посмертно) погибший на СВО протоиерей Михаил Васильев. Чин его отпевания совершил святейший Патриарх Кирилл.
Протоиерея Михаила Васильева называли «батюшка ВДВ». Он побывал практически во всех современных горячих точках, являл собой образ бесстрашного воина Христова. Всегда был рядом с бойцами и даже совершил вместе с десантниками 300 прыжков с парашютом. Глядя на него, воины укреплялись в духовных силах, а это так важно на поле боя. Во многом благодаря ему люди приходили в храм. Он умел тронуть сердца.
— Что бы Вы посоветовали тем, кто хочет связать свою жизнь со служением Богу, но при этом испытывает страх и сомнение?
— Однажды духовник сказал мне замечательные слова: «Будь там, куда тебя Бог послал». Для начала надо определиться со своим стремлением стать священнослужителем. Почаще бывать на Божественной литургии, постоянно читать Евангелие и толкования на него. Взять благословение у своего духовного отца, а если такового нет, то у священника, к которому приходишь на исповедь. А ещё помнить строки русского поэта, писателя, драматурга Петра Ершова, автора знаменитой классической сказки «Конёк-Горбунок»:
Если хочешь жить легко
И быть к небу близко,
Держи сердце высоко,
А голову низко.
Беседовала Этери КОБЕРИДЗЕ
